Мне тоже принадлежит часть Газпрома

Крупнейшее российское акционерное общество уверенно смотрит в будущее, но с мелким инвестором ему не по пути.

Мне тоже принадлежит часть Газпрома

Нет золота в Серых горах

По состоянию на 1 июля 2000 года в реестре Газпрома числится 577541 акционер. Весьма внушительная цифра, даже если учесть, что в 1995 году она была в два раза больше. Крупные акционеры - это Мингосимущества РФ (35%) и Российский фонд федерального имущества (3,37 %). Надо полагать, остальные 61,63 % уставного капитала принадлежат 577539 мелким акционерам. (Долю в 10,75 % я не учитываю, поскольку эти акции принадлежат самому Газпрому, а следовательно, всем акционерам). По моим прикидкам, как минимум полмиллиона - это физические лица. Такие же, как я, простые российские граждане. Этим количеством мелких инвесторов можно было бы заселить половину Омска, но, к сожалению, сие невозможно. А жаль. Может, тогда мы смогли бы договориться о терминах и задать неудобные вопросы правлению и Совету директоров компании.

Нет, иногда меня все же посещают здравые мысли. Никакой альтернативы Газпрому в далеком 1994 году просто не было. Как показала практика, не существовало на тот момент ни одного финансового инструмента, который позволял не только сохранить, но и приумножить. Была только иллюзия. Каждый лихорадочно столбил свой золотоносный участок в надежде сказочно разбогатеть. Не получилось. Вместо ожидаемого самородка потный кулак сжимает несколько жалких крупинок золота. Кто виноват? На первый взгляд - никто. Рыночные законы предусматривают определенные риски для инвестора. Вопрос лишь в том, насколько сильно "Газпром" погрузился в пучину свободного рынка. У меня почему-то давно возникло ощущение, что наше акционерное общество живет по каким-то другим законам, исключающим саморегулирование. Значит, и незавидная участь мелких акционеров - это результат политики, которой придерживаются менеджмент компании и главный акционер - государство.

Так уж получилось. Когда по справедливости делили государственное имущество, я поменял свой ваучер не на красочные бумаги пирамидальных структур, а купил себе немного газовой промышленности, которая всегда прирастала Сибирью. Первое время очень радовался, что поступил, на мой взгляд, по-хозяйски. Даже гордость распирала - не разбазарил, так сказать, свой маленький кусочек Родины, а наоборот - сохранил (с надеждой приумножить в дальнейшем). И вот туманное будущее стало серым настоящим. Прошло пять лет. Что я испытываю при взгляде на выписку со счета депо, которая подтверждает факт моего владения очень маленьким кусочком огромного российского концерна? Практически те же эмоции, что и большинство остальных мелких акционеров, - разочарование.

Не люблю, когда меня водят за нос. Особенно не люблю, когда водят за нос долго и изощренно, пытаясь внушить, что делают это мне же на пользу. Нет, в самом деле, какие могут возникать мысли при ознакомлении со статистическими выкладками из последнего годового отчета. Компания, на долю которой приходится 25 % общемировой газодобычи, имеет настолько смехотворную рыночную капитализацию, что даже неприлично говорить вслух.

Не корысти ради, а токмо пользы для...

Я могу понять многое. В нашем нестабильном государстве тяжело всем - и гражданам, и компаниям. И законы постоянно меняются, и за газ потребители расплачиваются плохо, и налоги, без сомнения, слишком велики. Но я ведь не о выручке веду разговор и даже не о прибыли, хотя и там не все гладко. Я спрашиваю: почему активы и капитализация едва ли не самой крупной компании мира столь незначительны?

Считайте сами: 23,67 миллиарда акций умножаем на $ 0,28 (августовская котировка на МФБ) - получаем $ 6,63 млрд. Для полноты картины могу добавить еще несколько цифр из баланса за 1 квартал 2000 года. По информации из СКРИН "Эмитент" собственный капитал Газпрома составляет $ 25,84 млрд., а общая сумма активов $ 40,4 млрд. Сравните с годовым бюджетом города Нью-Йорка, который превышает $ 40 млрд. Впечатляет?

Дивидендная история

Причем самое забавное начинается, когда высший менеджмент компании пытается косноязычно объяснить эти странности и рассказать о той безграничной заботе, которой они окружают акционеров и прочих граждан нашей страны. Так им бедным тяжело учитывать все интересы. Ночами не спят - только и думают о нас. Даже стыдно становится - чего я, действительно, придираюсь к мелочам? Хотят ведь как лучше.

Акция Газпрома сегодня стоит около $ 0. По-нашему получается 8 рублей. Общим собранием акционеров принято решение о выплате дивидендов по итогам 1999 года в сумме 0.1 рубля на одну обыкновенную акцию. И это, надо сказать, очень щедрая сумма, если судить по прошлым годам (см. таблицу). Угадайте: сколько лет потребуется инвестору для возврата вложенных средств? Такая вот нехитрая задачка по арифметике. Ради справедливости надо отметить, что подавляющее большинство ОАО вообще не платит дивидендов своим акционерам, но меня этот факт почему-то не успокаивает. Наоборот, удручает, поскольку, как показывает практика, прибыль и убыток зависят не от успешной работы, а от искусства манипулирования цифрами.

Самая большая радость акционера - акции. А зачем нужны акции? Если это "Microsoft" - тогда все понятно. Это кусочек компании Билла Гейтса. В общем, нормальный финансовый инструмент для размещения свободных денежных средств. Сегодня купил, лет через пять продал. Заработал немного денег. Если повезет, то много заработал. Еще и дивиденды получил. Ну элементарные, казалось бы, вещи. Азы рыночной экономики, которые уже стыдно повторять. Однако приходится, потому что у нас акции даже самых прибыльных акционерных компаний не приносят ничего, кроме головной боли. И выбросить жалко, и держать обидно.

В общем, с дивидендами нам не повезло. Правда, есть и другие варианты. Как вы помните, заработать на фондовом рынке можно на разнице в курсовой стоимости акций. Конечно, при условии, что эта самая курсовая стоимость будет возрастать, во что уже верится с большим трудом. До кризиса, к примеру, акции Газпрома стоили около полутора долларов, а сегодня в пять раз меньше. Вот и проживи попробуй на эти нетрудовые доходы. Единственный вариант - короткие спекулятивные операции на бирже. Но эти игры не для мелкого акционера. Они требуют профессиональной подготовки, значительных оборотных средств и железных нервов.

К примеру, по итогам 1998 года Газпром стал самым убыточным предприятием России. Может быть, снизилась рентабельность добычи или объем экспорта продукции? Нет, просто таковы особенности российского бухгалтерского учета. Долгосрочные кредиты брались по курсу 6 рублей за доллар, а после кризиса их пришлось пересчитать по текущему курсу ЦБ - 24 рубля за доллар. Отдавать кредиты нужно лет через пять, а убыток прошел в балансе 1998 года. Красиво, не правда ли? В результате акционерам вообще ни копейки не начислили, зато государство свой налог на прибыль получило. Я так и не понял: откуда прибыль, если был убыток?

Фондовый рынок - это индикатор здоровья эмитента. Не буду перечислять все проблемы, о них достаточно рассуждали в прессе, но, исходя из многолетних наблюдений за движением акций, у Газпрома прогрессирующая форма маниакально-депрессивного синдрома. В период ремиссии - полный порядок. Руководство мирно рассуждает о радужных перспективах рынка своих ценных бумаг и защите интересов акционеров. Но как только обострение - тут под руку не попадайся. Уноси ноги без оглядки.

Кручу, верчу, много выиграть хочу

Неудивительно, что хозяевами на основной торговой площадке Газпрома (МФБ) остаются московские трейдеры. Омские профучастники фондового рынка большого интереса к акциям Газпрома не проявляют. И перспективы оценивают весьма осторожно. Нам, мол, пока хватает акций ЕЭС и нефтяных компаний, с которыми хлопот гораздо меньше. Поэтому единственным видом операций с акциями Газпрома на омском фондовом рынке остается "пылесос" - скупка у физических лиц и формирование крупного пакета под заказ московских финансовых компаний. Надо ли говорить, что все эти сложности не слишком благоприятно влияют на курсовую стоимость, а следовательно, на рыночную капитализацию.

Правда, если учитывать эти особенности и вовремя прятаться, то можно заработать неплохой капитал. Главное - помнить, что обострение начинается через некоторое время после очередной либерализации. Словно кто-то вдруг спохватывается: а не слишком ли много свободы - и тут же начинает всех мочить, невзирая на титулы и звания.

И еще я не одобряю механизм реорганизации дочерних обществ. Какой-то в этом чувствуется подвох. В 1999 году еще 33 компании были преобразованы в ООО и стали самостоятельными хозяйствующими субъектами. Пока еще формально, поскольку на 100 % принадлежат Газпрому, но лиха беда начало. Благо за примерами и ходить далеко не надо, достаточно вспомнить историю с Запсибгазпромом. Это дочернее общество на законных основаниях осуществило дополнительную эмиссию своих акций и доля Газпрома в уставном капитале уменьшилась с 51% до 37% (подробности в "КВ" № 36 от 14 сентября). Кто даст гарантию, что такого не произойдет с остальными "дочками"? Боюсь, именно этот сценарий реструктуризации Газпрома самый вероятный.

Мы делили апельсин. Много нас, а он один...

А ты такой холодный, как айсберг в океане

Мне, как акционеру, не нравится дружба с корпорацией "Итера", которая неожиданно оказалась владельцем 10% наших месторождений газа. Таких друзей имея, и врагов не надо. И, мягко говоря, странные методы работы Востокгазпрома (подробности в "КВ" № 35 от 7 сентября) тоже не прибавляют авторитета головной компании. А последние стычки с холдингом "Медиа-мост" и телеканалом НТВ? Я, по правде говоря, так и не понял: кто кому должен? Если они нам, то когда именно мы успели одолжить им такую огромную сумму? И, главное, откуда она взялась? Из какой строки баланса? Насколько я помню, нам даже на дивиденды денег не хватает, судя по годовому отчету и заключению всемирно известной компании "ПрайсвотерхаузКуперс Аудит". Или я опять что-то спутал?

Некоторые восприняли это всерьез. Через лупу изучают годовой отчет, знают, чем отличается депозитарий от реестродержателя, перестали путать эмитента с инвестором и даже кусками цитируют Закон "Об акционерных обществах". Что изменилось? Они стали богаче? Конечно, нет. Но поумнели наверняка. Спасибо и на этом.

Вообще я многое уже понял. Кроме одного момента: зачем и кому понадобились все эти игры с акционированием. Наличие или отсутствие акционеров ничего, в сущности, не меняет. Как и положено осколку социалистической экономики, Газпром существует сам для себя - для высшего и среднего менеджмента и трехсот тысяч работников. Все, что остается, забирают государственные чиновники. Они никогда не выпустят это из рук - слишком большой мешок денег. А для нас - убогих - придумали очередное развлечение - этакую мозгодробильную головоломку.

Ирина Сухотерина "Кошмар! Как я могла до такого докатиться".

Записки русской бабушки.

Автолюбителям на радости.

Людмила Третьякова, вице-президент клуба деловых женщин.

Департамент транспорта ищет стукачей.

Главная Экономика

0.0134

© h8records.ru. Администрация сайта: 8(495)795-01-39 гудок 160121.
Копирование материалов разрешено при условии ссылки на сайт h8records.ru.